Главное меню
Навигация
  • Карта мира
  • gates of fate's map


« Описание мира « Техническое « Социальное « Игровое « Информация по механике « Оформление механики
Панель умений

Gates of FATE: Tears of Gargea

Объявление

MAGIC SCHOOL За гранью реальности В шаге от трона. Псевдоитория, интриги, магия
Внимание! Дизайн и функционал форума не рассчитан под мобильные устройства.

Внимание! Возможность создания оригинальных рас временно закрывается.

[Набор] Мастера игры


Текущие мероприятия: Возжигание огня Наурма


» Краткая сводка по событиям в игре «» Краткая сводка по событиям в игре « - В результате нападения вражеской армии, Эстелл сильно пострадал. Штаб-квартира Вилварин уничтожена, Верховные маг и командующий пали в бою, а Сильме с трудом оправляется от предательства одного из своих агентов. Преступность в городе и его окрестностях возросла.
- Объединенные армии всех пострадавших стран наносят ответный удар! Экспедиция отправлена ко Вратам для того, чтобы поймать и уничтожить Дь'Лонрака, аватара Разоэнру!
- Парящий город Везен был УНИЧТОЖЕН! Силами колдуна, город упал и разбился. Миллионы погибших, тысячи пострадавших! А из-под обломков явилось жуткое чудовище и полчище Теней! Это королевство теперь обречено?
- Долгое время в подземельях Интхуула гномы ведут затяжную войну с пещерными паразитами - кобольдами. Для обеспечения более масштабной атаки на логова тварей уже начались подготовительная и разведывательная миссии.
- Несколько месяцев продолжаются реставрационные работы на императорском кладбище Хрейдмара, которое пострадало во время нападения некромантов и их слуг ратхов. Останки упокоенных мертвецов перезахоронены, а земля повторно освещается по мере восстановления территории. Стражи сообщают, что из гробниц и склепов пропало множество ценных сокровищ.
- На Храм Священного Огня, что расположен в интхуульских горах близ города совершено ужасное нападение. Служители и настоятельница храма Наурма были убиты, а само место осквернено и сожжено дотла. Со свидетельств выживших прихожан, Интхуул обвиняет в нападении люмберов Ваэддиара. Правительницы темных эльфов отрицают причастность своих воинов к нападению, но обстановка между государствами накаляется.
- Один из приближенных везенского короля оказался предателем, служащим мрачно известному Дь’Лонраку. Аристократ оказался ответственным за то, что монстры-тени, терроризирующие королевство, продолжают распространять свою скверну. Крупный отряд армии вместе с наемниками был отправлен к крепости дворянина-предателя, чтобы покарать его и вернуть скрижаль с важной частью пророчества о тенях.
- Исследователям из Башни Нибелунга удалось найти достоверную, пусть и не полную, летопись народя ледяных эльфов, которая рассказывает о корнях колдуна Дь’Лонрака! Появились доказательства того, что главный враг всех народов является воплощением павшего Бога Солнца, аватаром самого Разоэнру. Хрейдмар направил послов в другие города-государства, чтобы поделиться этими сведениями и сплотиться перед угрозой. Или уже слишком поздно?
- К областному центру трезенской земли, городу Эстеллу, приближается больше войско темных сил: ледяные эльфы, разбойники, крысолюды, тролли и даже ледяной великан. Эта армия уничтожает всё на своем пути и готовится к штурму столицы.
- Ходят слухи, что в окрестностях Льесальфахейма поселилось уже несколько некромантов. Из-за их темной активности Древо Жизни медленно погибает. Можно только гадать, откуда они пришли и что они планируют в дальнейшем.
- Мельн Словоплёт пропал! Известного барда давно уже не встречали в тавернах, распевающего свои бессмертные шедевры. Все поклонники его творчества пребывают в глубоком беспокойстве и готовы отправится на поиски.
- Говорят, что появилось новое Пророчество Луны, провозгласившее появление долгожданного императора Хрейдмара. Престол должен занять сын одного из генералов. Но, если верить толкам, у того генерала совсем нет законных наследников…
- Остальное зависит от вас…

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Gates of FATE: Tears of Gargea » » Завершённое настоящее » Остывшие следы


Остывшие следы

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

https://i.imgur.com/3rHP8do.png
1. Почему Бог-Паук стал водить дружбу с Волком.
2. Сказка о том, как волк свой хвост потерял.
3. История о родиче и дяде Чигуна.
4. Благо сотворил – счастье получил.
5. О храбрости и доблести верного пса Гаргантюа.
6. О хитрости и смекалке старого пса Пантагрюэля.
7. История о соскользнувшем блюде.
8. О чуде Святого Агидиуса, укротившего лютого волка.
9. Волк-страж, открывающий пути и дороги.

Действующие лица:
Тристан и NPC

Внешний вид:
В постах

Дата и время:
11 Берилла ПХ

Тип эпизода:
Личный [тема июня 2018]

Погода в эпизоде и место действия:
В Хрейдмаре дождливый серый вечер, а в Почтовой гильдии старательно убивают время.

0

2

- Народ, вечер историй! Кто за вечер историй, поднимите руку!
Посыльные в комнате застонали. Тристан отвлёкся от чтения бумаг и поднял взгляд на взбудораженного Ёкку – молодой курьер, казалось, чуть ли не подпрыгивал на месте от излучаемой энергии.
- Тут некоторые спать хотят, - недовольно отозвался зверолюд, дремавший на кровати, и его кто-то поддержал сонным мычанием. Иногда посыльному приходилось путешествовать и ночью, а некоторые и вовсе могли передвигаться только в темноте, так что в спальне в любое время суток постоянно кто-то спал.
Ёкку это совершенно не смутило. Курьер отмахнулся со словами:
- Да мы усядемся в уголок и никому мешать не будем. Не пьянку же устраиваем! Ну же, ребят, вечер историй! Скука адская, за окном дождь, давайте потравим байки!
- А ты чего хотел, приезжая в Хрейдмар? – спросил один из мужчин, сосредоточенно штопающий сумку. – Вечный дождь, слякоть, духота и жуткая мошкара. Тоже мне, открыл Досуул Нан.
Ёкка пересчитал поднявших руки и умоляюще взглянул на Тристана. Жрец, вздохнув, тоже поднял ладонь, которую его друг восторженно пожал. Ладно, всё равно было нечем заняться: Хрейдмар сегодня и правда был особенно неприветлив, а спать пока не хотелось. Послушать истории людей со всего света не такая уж и плохая затея.
Вечерами историй называли небольшую игру, когда каждый бросал записку с каким-то словом, а потом случайно выбиралась одна из тем, на которую каждый должен был рассказать что-то своё. Легенда, сплетня, песня или факт – без разницы, главное в игре было убить время и, возможно, узнать что-то новое.
Тристан написал «птица» и, сложив обрывок, протянул Ёкке, после чего убрал свои бумаги обратно в сумку и прошёл в тот угол спальни, где уже начали собираться участники. Было их не так много, всего человека четыре, не считая Ёкку и самого Тристана. С кем-то парень был знаком, кого-то впервые видел – поздоровавшись, он сел на кровать рядом с полуэльфом.
Ёкка с предвкушением сложил все обрывки в холщёвый мешочек и потряс его словно уличный торговец. Вытянув случайную бумажку, он развернул её и, выдержав демонстративную паузу, сказал:
- Волк!
Полуэльф около Тристана вздохнул и закатил глаза.
- Волк? Серьёзно? Кто это вообще придумал?
Молчаливый мужчина с короткой бородкой, закутанный в какую-то балахон под самый подбородок, поднял узкую ладонь. Ёкка сиял.
- Отлично! Итак, у нас есть тема, можно начинать, - молодой парень сел на кровать и, сбросив обувь, подобрал под себя ноги, словно восторженный слушатель где-то в читальне Хекса. – Кто хочет первым начать? Давайте, народ, я сейчас от скуки и ожидания прямо на месте помру.
- Было бы неплохо, - пробормотал полуэльф и, заметив осуждающий взгляд Моро, закатил глаза. - Ладно, я шучу.
- Может, кто предложил, тот пусть и начнёт? – миролюбиво предложил Тристан и приглашающе указал рукой на закутанного незнакомца. – Есть у вас какая-нибудь легенда, история или просто страшная сказка?
Мужчина чуть кивнул и растёр руки.
- Меня зовут Арце Гергебе, я из западных предместий Эстелла – это граничит с землями Фаэдера. Могу рассказать вам одну из легенд о Волке-судье, чьё решение пришлось Богу-Пауку Юоку по нраву.
Посмотрев на лица слушателей и не увидев на них неприятия, мужчина кивнул и начал свой рассказ.

0

3

Почему Бог-Паук стал водить дружбу с Волком.


Давным-давно, ещё до появления эльфов и людей, орков и гномов, Долину населяли звери да птицы, разумом не уступающие нам. Жизнь тогда была длинной, а Смерть не постоянной, ибо Бог-Паук ещё не решил, как же должны попадать в его Паутину души живых существ.

Вопросом этим задавались и звери: кому приятно, когда загрызенная дичь поднималась и убегала? Не было Смерти как таковой, и потому не было мира.

Однажды Лиса и Волк встретились и начали обсуждать, когда же будет принято решение о Смерти, и будет ли она конечной? Волк сказал:

- Будет печально, если Смерть станет окончательной. Что будет в таком случае, если переловить и съесть всех Зайцев в лесу? Неужели когда умрёт моя жена, это будет навсегда? Было бы славно, если Бог-Паук оставит шанс на воскрешение: например, если прыгнуть над телом три раза.

Волк был рассудителен, и за это все в лесу уважали его, хоть и страшились острых клыков и сильных лап. Лиса была хитра и проворна, и не было ей большего удовольствия, чем дурачить других зверей, а особенно своего брата Волка.

- Милый Волк, - сказала она, - эта затея бессмысленна. Если можно будет воскрешать мёртвых, останется ли места живым? А что же будет с теми, кто ест только падаль? Не хочу я ходить с голодным брюхом. Нет, братец Волк, пусть твоя жена и твоя дичь умирают окончательно.

Задело это Волка: пренебрежение Лисы и её речи оскорбили его натуру. Тогда Волк решил, что раз Лиса так уверена в своих словах, пусть Смерть сперва настигнет её детей. Тем же вечером Волк пришёл к логову Лисы и одного за другим отправил её дочерей и сыновей к себе в брюхо.

Вернулась Лиса домой и поняла, что её дети были съедены. Убитая горем, она воззвала к Богу-Пауку, и тот явился перед ней.

- Помоги мне, Бог-Паук! – сказала Лиса. – Знаю я, что ещё не решил ты, когда будут умирать звери и птицы. Пусть Смерть от клыков не будет окончательной, и мои мёртвые дети вернутся!

Но Бог-Паук лишь покачал головой: не знала ни Лиса, ни Волк, что их разговор Многоногий Бог слушал от начала и до конца.

- Нет, Лиса, по нраву мне пришлось решение Волка. Сама ты сказала, что мёртвые не должны воскресать, посмеявшись над рассудительностью брата, и теперь сама плачешь о том, что своими же словами и сотворила? Радуйся, Лиса, ибо теперь я принял решение: мёртвые будут оставаться мёртвыми, и не будет ни им, ни твоим детям шанса на воскрешение.

Бог-Паук исчез, но благословил справедливого Волка, объявив его другом ночи и позволив славно охотиться в темноте. Вот почему с тех пор всех тёмных существ сопровождают либо Пауки, либо Волки, а мёртвые остаются мёртвыми.

0

4

- Ну-у-у, справедливость тут так себе, - с сомнением протянул полуэльф. – Почему его вообще назвали судьёй?
Арце чуть пожал плечами и огладил свою бородку.
- Волк в сытое лето не опасен, а когда ищет себе жертву, то выбирает самого слабого и немощного. Конечно, другое дело оголодавшие звери, чьи глаза застила пелена злобы, но ведь потому они и называются зверьми. Это очень старая сказка.
- Да, это точно. С тех пор много воды утекло, и смерть всё же можно обмануть, да? – Ёкка ткнул кулаком Тристана, и Моро посмотрел на него в ответ, подняв одну бровь. – Ты же у нас жрец! Я знаю, вас учат такому колдовству.
- Это не колдовство, - Тристан потёр место удара. – Это вопрос веры. Да и не всегда можно вернуть человека к жизни, и не каждый может это сделать.
- Но можно ведь! - Ёкка не терял своего оптимизма. – Так что утрись, паучий божок!
На него сразу же зашикали более суеверные посыльные. Альдо только со стоном растёр лицо ладонями – он, как и Тристан, уже смирился с бунтарской натурой Ёкки. Оставалось надеяться, что когда парень подрастёт, то станет поспокойней: иногда он может такое сказать, что в неспокойных районах его сразу суровые личности в чёрном возьмут под ручки и познакомят с острыми клинками.
- Так, ладно, кто следующий? – Тристан оглядел присутствующих, и Альдо подхватил его стремление спасти неловкую ситуацию. Моро хоть и был знаком с этим мужчиной очень поверхностно, но уже успел оценить его непринуждённую манеру к разговору. Наверняка он из тех посыльных, которые могут очаровать получателей на еду или дополнительную плату.
- Ну, раз начали со сказок, тоже расскажу одну. Её моя бабка любила, особенно когда надо было варить суп, - мужчина потёр руки и улыбнулся. – Итак, меня зовут Альдолейв, но можно просто Альдо. Готовы, малыши, к сказке на ночь?
- Да начинай уже, - протянул полуэльф и Альдо ухмыльнулся.

0

5

Сказка о том, как волк свой хвост потерял.


В ту пору волк проходил зимой мимо храма Наурма. Время было позднее, день голодный, и волк, с приставшим к хребту брюхом, принюхивался в надежде хотя бы на маленькую мышку.

Жрецы на зиму варили, жарили, вялили и солили рыбу, и именно этот запах поймал волк. С голода аромат рыбы показался ему слаще мяса, и зверь подбежал к стенам храма и заглянул в окно. Там, в свете свечей, на столе сидел лис и поедал рыбу. Волку стало завидно, да и голод сжимал брюхо, поэтому он позвал:

- Братец, а братец, дай мне что-нибудь поесть – я умираю с голода!

Лису, конечно, не хотелось делиться едой, поэтому он начал придумывать всяческие отговорки:

- Не могу, братец волк, нужно сначала у жрецов разрешения попросить.

- Да зачем у людей разрешения спрашивать-то?

- Потому что я к ним на службу поступил: теперь ловим мы рыбу, а они мне ею обедать позволяют. Как же я могу едой поделиться, если ты не работал с нами и не пришёл служить в храме?

- А ты скажи, что я буду работать!

- Не могу, ведь это будет ложь. Как же ты будешь работать, если Наурм не любит волков, и только рад подпалить вам шкуру? Вот лисы – другое дело, я доброй работой заслужил себе милость.

Долго ещё выпрашивал волк себе еду, а лис его дурачил отговорками. Наконец, хитрец протянул волку через решётку кусочек жареного угря, и показалась эта пища голодному зверю вкуснее оленёнка. Теперь он стал выспрашивать, где же водилось такое вкусное кушанье и лис, задумав новую проказу, велел волку бежать за ним.

Выбрался плут из храма и побежал к рыбному садку, а волк тенью за ним следовал. Ночь тогда была морозно-лютая, и от всех прорубей только одна не замёрзшая осталась, а рядом с ней стояло пустое ведро.

Лис привязал ведро к хвосту волка и сказал ему:

- Опусти ты хвост с ведром в прорубь, братец, и жди, пока рыба в ведро наберётся, и тогда тащи. И люди, и я так ловлю.

- Неужели ни зубов, ни когтей не надо? – удивился волк.

- Нет, милый братец, - ответил лис.

- Чудны дела Всеоки! Как же легко ловить такую вкусную еду!

Волк опустил хвост в прорубь, а лис сел подальше на лёд и тоже стал делать вид, что ловит рыбу. Прошло так немало времени, и стал хвост волка примерзать ко льду. Но только пытался волк вытащить хвост и посмотреть, много ли рыбы наловилось, как лис отговаривал его, туманя звериный разум обещаниями большой и вкусной рыбы.

На рассвете лис поднялся и сказал:

- Ну, пора теперь убираться, а то придут жрецы, увидят нас у садка, и станет нам худо. Бывай, братец волк!

И был плут таков. Волк попытался было подняться, но прорубь уже замёрзла, и хвост вытащить было нельзя. И так рвался волк, и эдак, да только хватка Джинваэль сильнее! Закончилось всё тем, что идущий в храм охотник увидел волка, испугался и кликнул собак. Отбивался волк от стаи как мог, а охотник взмахнул топором, да неудачно, только по хвосту и попал. Волк почуял свободу и дал дёру в лес!

С тех пор только у лисы хвост длинный и пушистый, а у волка он короткий, а отношения между ними натянутые: каждый раз, как волк видит лиса, то пытается догнать и откусить ему хвост в отмщение за эту проделку.

0

6

- Ого, - Тристан удивлённо покачал головой. – А в нашей версии хвост откусил медведь: лиса намазала волку хвост мёдом и велела его в берлогу к медведю опустить – мол, на запах все зайчата сбегутся. И до этого в храме Наурма она ела зайчатину и кабанину в меду.
Альдо рассмеялся.
- Мала Долина, а сказки отличаются! Ещё раз, откуда ты? С гор ведь?
- Интхуул, - Тристан протянул руку, и Альдо крепко её пожал. – Рыба у нас не так популярна, так что понимаю, почему сказка изменилась.
- Я был маленьким, всё думал, отпустили бы жрецы волка или нет, - поделился мыслью мужчина. Моро задумался, вспоминая свой опыт посещения храмов огненного бога, а потом улыбнулся.
- Служители Наурма-то? Они бы волка зажарили и съели.
Альдо скорбно прижал руку к груди, словно прощаясь с вымышленным зверем. Арце хмыкнул:
- А у нас тоже другой вариант: волк съел всю кашу и лисе оставил на донышке, поэтому она решила его наказать. Сказала, что отражение луны на льду – это сыр и надо его хвостом прикрыть, чтобы никто не заметил и не утащил. Волк послушался, хвост примёрз, а лиса позвала фермера, сказав, что волк хочет съесть его детей.
Ёкка рассмеялся.
- Ну, теперь мы знаем, что в любой сказке во всём виновата лиса!
- А как иначе? – полуэльф ухмыльнулся. – Лиса же воплощение лжи и обмана, рыжая плутовка Разоэнру. Эй, чешуйчатый, а ты не хочешь участвовать?
Все посмотрели на Чигуна, который и правда выглядел так, словно сидя заснул. «Чешуйчатым» его назвали не зря – в предках у мужчины наверняка были ящеры-зверолюды, от которых посыльный унаследовал небольшую светлую чешую на скулах и щеках, да третье веко. Может, были и ещё какие-то физические изменения, но их было не разглядеть – Чигун не отличался разговорчивостью и всегда ходил в закрытой одежде и перчатках.
- Я не сплю, - пробормотал Чигун, медленно и тяжело моргая. – Я слушаю. И вспоминаю. У меня не сказка, а история, рассказанная моим дядей. Он клялся, что это правда, но мы никогда ему особо не верили.
- Вечер историй, парень, - Ёкка вскинул руку с кулаком вверх. – Дерзай рассказывать всё, что подходит под вытянутую тему!
Наследник зверолюдов пожал плечами и потянулся. Хоть он и сказал, что не спал, но выглядел очень сонным.
- Хорошо. Вряд ли меня кто-то не знает, но зовут меня Чигун и вот история, рассказанная моим дядей.

0

7

История о родиче и дяде Чигуна.


У родича моего дяди умер единственный сын, и он оплакивал его смерть многие дни напролёт. Уже я не вспомню, как звали этого мужчину и кем он приходился моему дяде, поэтому так и буду звать его – родич.

Скорбь выматывает душу и тело, поэтому родичу предложили отвлечь себя славной охотой, чтобы азарт во имя Талиона очистил его душу от паутины слёз. Прошёл слух, что в заливе Нука люди видели камень-волка, и родич, немного воспрянув духом, решил пуститься на поиски зверя. С собой он только моего дядю – был он тогда юн, достигнув всего семнадцати лет, но проворен, как атакующая змея. Сердце его пылало, и он тоже хотел приложить руку к убийству грозного камень-волка.

Они выслеживали зверя много ночей подряд, пока не нашли его логово. В нём дядя и родич нашли детёнышей камень-волка, и родич, не поколебавшись, перебил их всех поочерёдно и стал ждать родителя – всем известно, что взрослые звери возвращаются в логово, если оставили там потомство.

Но дядя к тому моменту стал сомневаться. Он видел в глазах родича уже не жажду к поиску нового смысла жизни, а стремление к убийству. Испугавшись неожиданной ярости, дядя отказался вместе с родичем убивать камень-волка и спрятался на деревьях. Родич же, плюнув ему вослед, скрылся в убежище зверя и стал ждать, сжимая в руках копьё.

Вскоре к логову подбежал старый камень-волк: он был громаден и сед, а в пасти держал целую тушу оленя, словно это был кролик. Воистину это был зверь, достойный самого бога Талиона, и сразиться с таким было честью. Хотел было дядя бросить своё копьё, но вспомнил убитых волчат, и дрогнула рука – дядя чувствовал вину перед таким великим зверем.

Напрасно камень-волк искал своих малышей. Ни завыв, ни зарычав, зверь бросился к озеру и вытащил оттуда что-то белое. Дядя прищурился, и показалось ему это похожим на человека. Камень-волк проглотил одним взмахом головы добычу и ушёл в лес, оставив и оленя, и логово за спиной. Дядя подождал, но камень-волк не вернулся.

Тогда он спустился с дерева и прошёл в логово – ему казалось, что родич в любой миг набросится на желанного зверя, но тот так и не явился. Лишь поискав, дядя нашёл своего родича бездыханным – он лежал на камнях, сжимая копьё, а в глазах была лишь пустота.

Тогда мой дядя и понял – от камня-волка ничего не могло скрыться. Видел он и дядю, и родича, и, обнаружив убийцу своих детей, вытянул его душу из тела.

С тех пор камень-волка не видели в этих землях, а дядя мой никогда не охотился и не ел мяса, лишь молился Талиону и просил прощения у благородного зверя, покаравшего виновного и не тронувшего невинного, обуздав свой гнев.

0

8

Чигун замолчал, и никто не осмелился первым подать голос. История была настолько же ужасная, насколько и завораживающая. Тристан никогда лично не видел зверя, называемого камень-волк, но ему представлялось что-то огромное, косматое и грозное. Моро смутно припоминал рассказы о том, что камень-волки не собираются в стаи, а остаются одинокими охотниками, но столь давним воспоминаниям было мало веры.
- И что твой дядя? – не выдержал первым Ёкка. Чигун медленно моргнул и пожал плечами.
- А что он – считался сумасшедшим, конечно. Дети кидали в него палками, но мы всё равно любили тайком от родителей слушать его историю. Под конец жизни дядя и правда умом помешался, так что когда смерть забрала его, все вздохнули с облегчением.
- Печальна участь людей, которые встретили необыкновенное – или им показалось, что они это встретили, - подвёл итог Арце, и Тристан мысленно согласился с его словами.
Чигун же лишь хмыкнул:
- Это лишь история моего дяди – я не был с ним, и не могу поручиться за её правдивость или ложность. Так или иначе, он мёртв, а его история славно легла на тему этого вечера, - тут потомок зверолюдов замолчал и негромко добавил:
- В детстве я был под таким впечатлением, что дал себе зарок никогда не есть мяса камень-волка и не носить его шкуры. Обещание ребёнка, но до сих пор его держу.
Вновь повисло молчание, и в образовавшейся вокруг собравшихся тишине стал слышен шум дождя за стеной и негромкие голоса в другом конце спальни. Тристан немного улыбнулся Чигуну, желая приободрить посыльного, но мужчина словно вновь задремал: закрыв глаза, он ссутулился и замер.
- Итак, кто продолжит? – спросил полуэльф, указывая сначала на себя, потом на Ёкку и Тристана. – Остались только мы, так что…
- Теаон! – окликнул кто-то красивым женским голосом и вся компания оглянулась. Тристан сразу узнал Аани Тантиарн, хотя до этого ни разу с ней не встречался. Женщины-посильные не были уж каким-то чудом чудес, но редко кто из них ходил дальними переходами – тут требовалось защищать не только свой груз, но и свою честь. А женщинам, умело обращавшихся с оружием, поступало много предложений из наёмных гильдий, где платили больше чем за курьерское дело. Аани в этом плане была исключительной – мастер меча, она не только любила дальние и опасные переходы, но и делала это превосходно.
Тристан слышал, что не так давно она вышла замуж. Да, во всём что касалось женщин, почтальоны были сплетниками хуже старух.
Полуэльф махнул рукой.
- Аани, солнце моей жизни! Рад тебя видеть. Откуда занесло в наши края?
Женщина тряхнула чёлкой и перекинула толстую медную косу волос за спину, подставляя щёку для поцелуя.
- Оттуда, куда тебе не хватит храбрости сунуться, прохвост, - Аани оглядела собравшихся, весьма приятно улыбаясь. – Что делаем, мальчики, невест обсуждаем?
- Вечер историй! – опять вскинул руку Ёкка. У Аани чуть ли не буквально загорелись глаза, настолько она выглядела воодушевлённой. Потерев руки, она решительно села на ближайшую свободную кровать.
- Обожаю вечера историй! А какая тема?
- Волки, - ответил Тристан и протянул руку. – Тристан Моро, кстати.
- Ой, прошу прощения! Аани Тантиар, - она пожала руку на удивление сильной хваткой, больше подходящей мужчине. – Мой муж сейчас подойдёт.. А вот и он. Мюте, сюда!
К ним приблизился светловолосый мужчина, широко раздавшийся в плечах – воин, а не курьер, и меч на боку это подтверждал. Тристан видел, как напрягся Альдо, да и сам жрец испытал весьма смутные чувства. С таким телосложением и оружием в простых посыльных не остаются – так зачем же Мюте здесь? Или решил сопровождать жену в переходах?
Пришлось всем познакомиться ещё раз, и Мюте с Арце перекинулись несколькими фразами – имена у них были похожи, и они и правда оказались практически земляками, только разве что воин родился уже на окраинах Фаэдера, а не Эстелла.
- А можно я расскажу историю? – Аани сбросила сапоги и подобрала под себя ноги, сидя на кровати. Выглядела она настолько взбудораженной, что это выражение словно вновь делало её впечатлительной девочкой. – Извините, просто это так мне напомнило любимую легенду!
- Да пожалуйста, - пожал плечами Ёкка и Аани улыбнулась. Тристан смотрел, как все посыльные словно «растаяли» - без шуток, Аани и правда шла улыбка. Мюте был счастливым человеком.
- Она очень старая и популярна в моей деревне. Она о том, что благие дела всегда вернутся добром – очень хороший посыл для детей.

0

9

Благо сотворил – счастье получил.


В тех местах, где раньше была наша деревня, в стародавние времена были лишь поля и реки – обычное место обитания волков. Ныне их уже многие десятилетия и века не видели, но когда-то эти звери загрызли много добрых овец.

Однажды один юный крестьянин по имени Кайни-Перепел недосчитался двух прекрасных коров из своего стада, и сколько бы он ни расспрашивал, никто не видел, куда они подевались. Потеря такого хорошего скота – всегда страшное горе, поэтому Кайни-Перепел сломал ветвь терновника, сделал из неё посох и отправился в путь, ища своих коров. Холм за холмом обходил он, лес за лесом, но нигде не мог найти и следа коров.

Настал вечер, Кайни-Перепел устал и проголодался, но не мог найти хорошего дерева или пещеры для приюта – вокруг был лишь вереск и пустошь. В темноте Кайни-Перепел увидел одинокий покосившийся амбар – наверняка приют разбойников и крыс, - но уставшего юношу манил свет, пробивающийся между досок. Собрав своё мужество, он постучал в дверь, и не успел он отнять кулак от дерева, как ему отрыл седовласый старец с янтарными глазами.

- Привет тебе, - сказал старец. – Входи. Мы тебя ждали. Вот жена моя.

Он подвёл Кайни-Перепела к очагу, где уже сидела старая женщина со сверкающими тёмными глазами и длинными острыми зубами.

- Привет тебе, - сказала она. – Мы тебя ждали. Сядь с нами ужинать.

Хоть Кайни-Перепел и был здоровым храбрым парнем, даже он удивился, увидев такую необычную женщину. Но внешне он был спокоен – терновый посох сможет спасти ему жизнь, а пока можно отдохнуть и поесть, потому что за окном уже глубокая ночь, и нельзя найти дорогу обратно. Парень сел у огня, а старуха начала помешивать варева в котле – но глаза её словно постоянно следили за ним.

В дверь постучали. Старик открыл, и в амбар вошёл красивый и статный чёрный волк; он прошёл во внутренние комнаты, а оттуда вышел уже стройный и черноволосый юноша, который сел за стол и внимательно посмотрел на Кайни-Перепела своими сверкающими глазами.

- Привет тебе, - сказал он. – Мы тебя ждали.

Кайни-Перепел не успел ответить – вновь раздался стук, и в открытую дверь вошёл ещё один волк, который, как и первый, тоже прошёл внутрь дома. Вскоре вышел ещё один темноволосый красивый юноша и сел за стол, пристально глядя на Кайни-Перепела зоркими глазами. Он уже ничего не сказал.

Все сели ужинать, и старик пояснил:

- Это – наши сыновья. Расскажи им, чего хочешь, и зачем пришёл к нам. Живём мы одни и не хотим, чтобы за нами следили и ходили к нам в двери чужие люди.

Кайни-Перепел рассказал им о том, как потерял двух прекрасных коров, и искал весь день, но не нашёл и следа; и как не знает, каким ветром и под взглядом какого бога забрёл в эти вересковые пустоши, но если бы сии славные люди подсказали, где искать коров, то он был бы благодарен и сразу же отправился домой.

Все они – и юноши, и старик, и старуха, - расхохотались, глядя друг на друга, а старая женщина казалась ещё страшнее, чем была, и в свете пламени её обнажённые жёлтые длинные зубы казались ещё острее.

Кайни-Перепел разозлился – как и все молодые юноши, был он скор на расправу и легко горячился. Он вскочил на ноги, крепко сжал свой терновый посох и потребовал, чтобы ему открыли дверь, чтобы он отправился в ночи своей дорогой, раз здесь над ним насмехаются.

Тогда старший из сыновей стариков встал.

- Обожди, - сказал он. – Мы злы и свирепы, но не будем выгонять путника в темноту ночи, и доброты не забываем. Помнишь ли ты, как однажды в долине нашёл умирающего маленького волчонка, которому острая колючка глубоко распорола бок? А ты был так добр, что вытащил колючку, дал волчонку напиться и оставил мирно отдыхать, уходя своим путём?

- Конечно, я хорошо это помню, - ответил Кайни-Перепел. – В благодарность тогда несчастный зверёк лизнул мою руку.

- Хорошо, - сказал юноша. – Я и был тем волчонком, и я помогу тебе в твоей беде, если смогу, только останься у нас сегодня ночью и ничего не бойся.

И понял тогда Кайни-Перепел, что забрёл в логово оборотней-перевёртышей, известных своим звериным нравом да при человеческом облике; но грела память о волчонке, и парень согласился переночевать. Весело они пировали до зари, а потом все крепко заснули, и Кайни-Перепел проснулся в стогу на собственном поле.

- Конечно, - сказал Кайни-Перепел. – Не было произошедшее со мной сном, и когда я приду домой, то найду своих прекрасных коров, ибо тот прекрасный и любезный волк обещал мне помочь, и я верю, что он не обманет.

Но когда он пришёл домой и оглядел двор, и поле, и коровник, то увидел, что нет и следа его коров, поэтому он расстроился и опустил могучие плечи. Но тут рядом в поле он увидел трёх самых прекрасных – и странных – коров, которых когда-либо видел. Были они могучи, словно быки, и о трёх рогах, и вымя их распухало от молока.

- Наверное, случайно забрели, - сказал Кайни-Перепел, - ибо не может быть, чтобы такие прекрасные коровы были без хозяина. Наверняка он, как и я, переживает за свой скот.

Кайни-Перепел взял большую хворостину, что погнать коров через ворота в поле, однако когда дошёл до ограды, увидел молодого чёрного волка, который смотрел на него; коровы попытались пройти через ворота, но зверь клацнул зубами и отогнал обратно. Тогда-то Кайни-Перепел и понял, что его приятель-волк сдержал своё слово, и позволил коровам спокойно вернуться на поле. Там-то они и остались, и были лучшими коровами в округе, а потомки их живут и по сей день, и сам Кайни-Перепел стал богатеть и процветать.

Благо сотворил – счастье получил, как гласит старая пословица. Доброе дело навеки остаётся наградой тому, кто его сотворил.

Но Кайни-Перепел уже никогда не смог попасть на ту вересковую пустошь к одинокому амбару. Он хотел поблагодарить хозяев, ибо чувствовал себя обязанным друзьям-оборотням, и каждый раз горевал, когда в деревню приносили убитого волка – боялся он, что жертвой может оказаться добрый друг. А было это во времена Лунного Безумия после Двукратной Войны, когда перевёртышей и волков стало так много, что они сходили с ума и бросались даже друг на друга, и за каждую волчью шкуру была назначена королём награда. И так хорошо истребляли это племя, что и поныне нет волков в наших полях и лесах.

0

10

- Э-э-э, - неуверенно протянул Ёкка, оглядываясь на сидящих рядом товарищей. Аани разрушила магию момента, рассмеявшись.
- Говорю же, это очень старая легенда! Мама говорила, что её это ещё прадедушка рассказывал, а тому – его мать. Конечно, сейчас это всё кажется очень диким, но посыл заложен хороший.
Тристан кивнул, улыбнувшись Аани.
- Да, это хорошая сказка: и мораль для детей, и фундамент терпимости к оборотням. Причём показано замечательно: что это хоть и суровый народ, и страшный с виду, но своё слово держит.
- Именно! – Тентиарн щёлкнула пальцами и наставила указательный палец на Моро. – Прости, ещё раз, как тебя зовут?
Тристан представился, пока остальные посыльные обсуждали услышанное. Кроме, пожалуй, полуэльфа, все здесь были из так называемого «короткого возраста», которые и до ста двадцати лет не доживут, что уж тут говорить о тысячелетии. Для человечества оборотни уже практически перестали быть страшной сказкой, но всё же настороженность, подпитываемая со стороны «долгоживущих» соседей, влияла на человеко-оборотнические отношения. Если бы было больше таких сказок в детстве, как у Аани, наверняка всё складывалось бы куда лучше.
- Кто следующий? – спросил Арце, и все посмотрели на Мюте. Светловолосый воин лишь пожал плечами, когда жена толкнула его локтем в бок.
- Ну же, Мюте, не стесняйся! Наверняка и у тебя что-то есть.
- Я перебил уже столько волков, что хватило бы на целую стаю, - недовольно ответил Тентиарн, - но всё это довольно скучно. Да и плохой из меня рассказчик.
- Ну, ладно, - прервал полуэльф (вроде его звали Теаон?) – Тогда давайте-ка я расскажу вам одну забавную и поучительную историю.
- Надеюсь, без обычного превосходства над другими? – ухмыльнулся Альдо и под злобным взглядом Теаона примирительно поднял руки: - Ты у нас тут частично эльф, брат, а все знают, какие они невыносимые, стоит зайти речи о крови.
- Ха-ха, - саркастично ответил Теаон. – Итак, слушайте.

0

11

О храбрости и доблести верного пса Гаргантюа.


У князя Ллидорана был замечательный пёс по кличке Гаргантюа – рослый и сильный, быстр в охоте и скор на расправу. В прыжке он мог сломать шею оленю и догнать убегающего зайца. Не было пса на всём побережье сильнее и крупнее.

Но вместе с тем Гаргантюа был верен своему хозяину, и потому князь доверял псу охранять колыбель со своим маленьким сыном, когда приходилось покидать крепость. Времена тогда были беспокойные, и часто князю Ллидорану приходилось покидать дом для обходов своих владений. А так как происходило всё это на землях близ Везена, женщинам не доверяли такое важное дело как безопасность младенца. Клыки и сила лап Гаргантюа служили надёжной защитой.

Но однажды вернувшись из похода, князь Ллидоран с ужасом увидел в детской опрокинутую колыбель, а пол был залит кровью. В колыбели было пусто, и лишь окровавленные тряпки говорили о том, что туда добралась Смерть. Из тени вышел пёс Гаргантюа, и пасть его была окровавлена. Зорко смотрели острые глаза на своего хозяина, и князь Ллидоран похолодел от ужаса: часто ему говорили о том, что пёс может нарушить приказ, соблазнившись лёгкой добычей, но князь не верил этим словам. И вот он поплатился! Его сына съел собственный же пёс!

В ярости Ллидоран выхватил свой меч и убил собаку, воткнув клинок прямо в череп. Бывший верный друг дёрнулся и затих, упал на окровавленный пол.

И в ту же секунду по детской пронёсся плач младенца. Не доверяя себе, князь заглянул за опрокинутую колыбель и увидел своего сына, целого и невредимого. Он лежал и плакал, разбуженный шумом убийства, а рядом с ним лежало тело огромного волка с перегрызенным горлом. Вот откуда были разрушения и кровь – лесной зверь проник в комнату, но Гаргантюа сумел защитить сына своего хозяина, чтобы самому безропотно принять смерть от княжеской руки. Князь упал на колени перед своим сыном, и слёзы радости и стыда потекли по его лицу. Страшны шутки Всеоки, и тяжёл груз смерти невинного.

Горюя и виня себя в смерти смелого пса, князь Ллидоран воздвиг Гаргантюа величественный памятник, и повелел своим подданным называть своих сыновей в честь этого славного пса. И до сих пор можно найти на землях Везена эту скалу, на которой стоит статуя верного пса Гаргантюа.

0

12

- Если, конечно, у кого-то хватит смелости сунуться к Теням, - так закончил свой рассказ Теаон. – Потому что пробираться через опустошённые земли Везена в поисках памятника собаке – это новое слово человеческой глупости.
Все замолчали – каждый знал о случившемся с Парящим Городом. Тристан нервно потёр руки, стремясь отогнать видение страшной катастрофы – пусть его и не было в тот миг рядом, по рассказам он мог представить это ужасное событие.
- Но пса так жаль, - Аани выглядела расстроенной, и муж в утешении приобнял её за плечи. – Умереть от руки друга буквально ни за что! Я удивлена, что дух Гаргантюа не стал мстить и не свёл этого идиота-князя с ума.
- Меня больше удивляет, откуда в крепости взялся волк, - задумчиво сказал Арце. – Это каким надо быть слепым, чтобы не заметить волка в коридорах? И как он попал в детскую? Почему не пошёл на кухню, где запахи определённо вкуснее?
Все посмотрели на полуэльфа и тот ответил взглядом, в котором явно читалось: «Вы серьёзно?»
- Да ладно, - Теаон закатил глаза, - это же просто глупая легенда, откуда мы там знаем, что на самом деле было! Может, это был перевёртыш, радикально настроенный против князя, или фамильяр, или другая магическая штуковина, я без понятия какие они бывают!
- Звучит логично, - Ёкка потёр подбородок. - Итак, кто сейчас будет рассказывать? Мюте, ты вспомнил что-нибудь? Вон, у Теаона волк вообще только упоминается…
- Не так быстро, малец, - полуэльф погрозил пальцем и самодовольно ухмыльнулся. – Вы что, думали, я уже закончил?
Посыльные переглянулись, и Тристан неуверенно ответил:
- Э-э-э… Да? В смысле, всё, конец: пёс мёртв, волк мёртв, ребёнок жив. Что там ещё может быть?
Теаон лучился уверенностью. Снисходительно обведя всех взглядом, он картинно развёл руки.
- В этой истории? Ничего, – тут полуэльф выдержал паузу. - А вот в другой – да. Дело в том, что через три дня пути от той деревни, где я услышал эту душещипательную историю, я уловил краем уха знакомые слова. Пришлось вмешиваться и переспрашивать, но оказалось, в совершенно другой деревне есть на удивление похожий, и в месте с этим кардинально отличающийся рассказ…

Отредактировано Tristan Moreau (2018-06-23 10:58:58)

0

13

О хитрости и смекалке старого пса Пантагрюэля.


У одного землевладельца жил старый пёс по кличке Пантагрюэль. Некогда выносливый и сильный пёс с годами одряхлел и теперь предпочитал лежать под солнцем, чем гоняться за крысами и подозрительно пахнущими людьми.

Конечно, в те времена – да и сейчас – скотина, не приносившая пользы, была не нужна. Что может сделать седеющая собака? Ворон пугать да на кошек гавкать? Землевладелец задумал купить нового щенка и вырастить из него достойную охрану жилища, но для этого нужно было избавиться от старого пса.

- Надо бы задушить Пантагрюэля, - сказал землевладелец своей жене.

Жене было жаль пса, потому она сказала:

- Давно он у нас служит. Быть может, и дальше будем кормить его?

Муж лишь рассмеялся:

- Зачем кормить того, кто ничего не делает? Был пёс молод, заслуживал мяса, а теперь он даже вора не схватит! Нет, пусть благодарит Всеоку да Миролику за такую хорошую жизнь у нас, но пришёл этому конец.

К счастью, разговор землевладельца с женой слышал и сам Пантагрюэль, которому, разумеется, не хотелось умирать от чужой руки. Опечаленный своей судьбой пёс вышел в лес, и вскоре нашёл его там волк.

- Что это ты, Пантагрюэль, защита дома человеческого и овец, тут делаешь? – спросил волк.

Пёс, вздохнув, сказал:

- Собираются меня убить. Стар я стал, волк.

Пантагрюэль рассказал всё, что слышал, и вместе они пригорюнились над такой жизнью.

- Вот что, Пантагрюэль, - наконец, сказал волк. – Подбодрись, я тебе с этой бедой помогу. По утрам открывают настежь окно в детской, где маленький ребёнок лежит. Я завтра прыгну в него, схвачу дитя в зубы, а ты беги за мной, словно отнять хочешь. Я ребёнка оброню, а ты его домой принесёшь, словно отбил у меня, и тогда хозяева обязательно устыдятся своих слов, и будут до скончания лет тебе благодарны.

Конечно понравилось такое предложение старому псу. Обсудив план, приятели разошлись, ожидая нового дня.

И вот вновь поднялось солнце. Землевладелец с женой зашли в детскую и открыли настежь окно, чтобы ветра Хоэна освятили комнату и приласкали их сына. И тут впрыгнул в комнату свирепый волк с оскаленными зубами, схватил он ребёнка из колыбели и был таков!

Напрасно кричала женщина и размахивал руками муж – не догнать им было серую спину. Зато Пантагрюэль с лаем прыгнул в окно за волком, скрываясь из виду. Раздался вой и визг, и вот старый пёс с прищуренным оцарапанным глазом поднялся на задние лапы, а в его беззубой пасти заливался плачем младенец.

Радость родителей нельзя было описать. Стали они гладить и ласкать Пантагрюэля, хваля его за доблестную службу и обещать только самую лучшую еду до скончания его дней.

Так и было: до последнего вздоха Пантагрюэль жил в сытости и заботе, и никто не знал, что половину своей пищи отдаёт он за помощь волку.

0

14

- Ла-а-адно, - медленно протянул Ёкка. – Вот это было и вправду внезапно.
Тристан был склонен согласиться. Как-то после печальной истории о Гаргантюа не ждёшь вот такой байки о хитром Пантагрюэле. И Теаон сказал, что услышал это на расстоянии трёх дней? Чертовски близко!
Полуэльф чуть откинулся назад, довольно смотря на произведённый эффект.
- Уж не знаю, какая история была первой: может, кому-то стало жаль умершего пса, поэтому придумали второй вариант. Или наоборот, кого-то задела сказка о дружбе собаки и волка, поэтому рассказали более реалистичную версию. Во всяком случае, позабавил меня этот факт немало.
Участники вечера согласно загудели, разве что Чигун зазевал. Сонный потомок зверолюдов выглядел так, словно вот-вот упадёт, но от кружка посыльных не отходил. Может, так ему засыпалось слаще?
- Итак, осталось нас трое, - Тристан осмотрел присутствующих. – Кому первым начать? Уважаемый Мюте, вспомнили что-нибудь?
Тентиарн кивнул.
- Да, и в самом деле есть одна интересная история, в которой фигурирует камень-волк. Мне рассказал друг, которому рассказал другой друг, и я даже не представляю, как далеко растянулась эта цепочка. Но одна деталь в рассказе всегда будет оставаться неизменной, как бы ни было искажено постоянным пересказом остальное: загадка её главных слов.
Все участники, за исключением Аани и Мюте, посмотрели на сонного Чигуна.
- Ещё один камень-волк? – Альдо высказал всеобщее недоумение, но после лишь пожал плечами. – Ну давай, валяй. Вряд ли оно будет страннее того, что сегодня рассказывали.
Тентиарн ухмыльнулся, словно оскалился.
- Поверь, ты можешь передумать.

0

15

История о соскользнувшем блюде.


Итак, некий человек потерял в воющей зиме своего лучшего друга – любимого двоюродного брата. Он был разорван на куски медведем, которого обычно призывает тёмная магия колдунов и некромантов – заговорённая от стрел и стали туша рвёт и давит всех вокруг на поле сражения. Брат пал в неравной схватке, и это жгло сердце человеку подобно яду краснощёкой змеи и словам оскорблённой Миролики.

В отчаянии человек взял свой меч и отправился опасный путь, стремясь или утолить свой гнев и боль кровью, или пасть самому, пытаясь успокоить свою душу. Первым был на его пути камень-волк – редкий зверь, огромный и свирепый охотник, во тьме и тенях крадущийся за добычей. Победа над таким была славна. В тот же день человек сразил и великана, и древо-лёд, и такие великие подвиги немного утолили дыру в его душе.

Однажды вечером человек с удивлением встретил у своего одинокого жилища незнакомца. Приятной наружности мужчина объяснил, что тоже потерял горячо любимого брата, а потому утоляет пустоту вместо сердца подвигами и опасностями. На этой почве зародилась между ними дружба, и человек пригласил незнакомца к себе домой.

За разговорами о чудовищах и мечах молодые люди приятно проводили время, пока хозяйка дома хлопотала на кухне. Мяса камень-волка ещё осталось вдоволь, ибо туша его огромна, и потому были в доме и колбасы, и отварное мясо, и вяленое, и жареное. Сев за накрытый стол с такими яствами, нельзя было не пасть под ноги голоду.

Гость принялся нахваливать каждое блюдо: и колбасы были аккуратны, и отварное мясо словно разделялось до того, как его коснётся нож, и кости источали густой тёплый пар. По каждому блюду прошёлся похвалами незнакомец, хваля и аромат, и дивный вкус, и всего понемногу положив к себе на тарелку.

Но не успев проглотить и кусочка, он воскликнул своим приятным голосом:

- Ах, но я вижу, что блюдо всё соскользнуло! – и в тот же миг он поднялся из-за стола и исчез за дверью. Озадаченный хозяин выскочил за своим приятелем, но тот исчез, словно и не бывало. Тогда человек решил пойти по их бывшим следам – вдруг приятель убежал в том направлении? – но быстро осознал, что чужие следы сделаны лишь одной ногой.

Гость был гореслезами, как их называли в тех краях – человеком, от чьего тела осталась лишь разрезанная половина.

0

16

- Ладно, - Ёкка поднял руку. – Кто за что, чтобы назвать это самой странной историей этого вечера?
Все молча подняли руку, а Теаон даже две. Никого не волновало, что ещё не все рассказчики выступили – история Мюте побила бы всех с лёгкостью вне зависимости от содержания. Она могла бы претендовать на звание самого странного рассказа этого года. Или даже ближайших.
- Что, чёрт побери, за «соскользнувшее блюдо»? Почему оно соскользнуло? Что произошло? – Альдо вперился в невозмутимого Тентиарна взглядом, и его недоумение подхватила Аани:
- Может, этот гореслёзы не выдержал вида части того, что было когда-то целым? В смысле, одно дело, когда перед тобой лежит галета, а другое – когда ты представляешь, что когда-то она была частью коровы.
Теаон же пошёл по иному пути:
- Может, убитый камень-волк и был его второй частью? Как-то совсем не хочется есть, осознав, что тебе предлагают свою же ногу.
- Или камень-волк был его братом, - вмешался Арце. – А что, вспомните: они сошлись на почве того что каждый потерял дорого человека. Гореслёзы увидел, что стало с братом, не выдержал и убежал.
- Может, он увидел, что это мясо камень-волка? – высказал свою теорию Тристан. – Я ведь правильно понимаю, что это практически священный зверь? Решил, что кощунство.
- Нет-нет, самое главное – как, чёрт побери, он маскировался под человека? Почему этого никто не заметил? – это уже Ёкка. Посыльные загалдели, пытаясь разгадать смысл истории, и лишь Мюте и Чигун сидели невозмутимые: первый сразу признался, что ничего не понимает, а второй просто дремал с закрытыми глазами. Несколько человек из разных концов спальни зашикали на кружок своих товарищей, и жар разговора поубавился.
- Эй, Чигун, - позвал Тристан. – Что ты думаешь насчёт этой истории?
Вот и можно будет узнать, спит ли потомок змеелюдов, или всё же слушает.
Чигун сонно заморгал и зевнул, обнажая небольшие выступающие клыки.
- Ну, моё мнение – слишком многого не хватает. Словно много сказок неумело слепили в одну, но конец забыли. Может, для пущей таинственности. Хотя то что блюдо «соскользнуло» - это, конечно, странно.
Чигун поднялся на ноги и потянулся всем телом.
- Увы, но вынужден вас покинуть – завтра предстоит долгий переход. Доброй ночи, друзья, и хорошего пути под ногами.
Посыльные на разные лады пожелали своему товарищу спокойной ночи. И в самом деле, за разговором время летело быстро, и вечер уже переходил в раннюю ночь. Тристан мысленно порадовался, что осталось лишь два человека: пару историй собравшиеся точно выдержат и не уснут.
- Тристан, давай ты, - Ёкка ткнул жреца в бок и Моро с шутливой улыбкой толкнул его в плечо.
- Хорошо, сейчас вспомню, что хотел… Ах, да. Это сказ ски’ин, и поэтому я хотел узнать, не будет ли кто активно возражать?
Полуэльф скривился, но ничего не сказал. От остальных тоже не последовало возражений: или они относились терпимо к «лжерелигии», или сами её разделяли. Тристан откашлялся.

0

17

О чуде Святого Агидиуса, укротившего лютого волка.


Однажды Святой Агидиус и последователи его посетили славный город Хойр-Гон, в окрестностях которого завёлся огромный волк. Зверь был так силён и злобен, что драл не только зверей, но и нападал на людей даже в самые сытые дни. Он кружил под городскими стенами, и многие жители боялись выйти из дома, если при них не было кинжала или лука, так как каждый, кто встречался с волком в одиночку, был пожран.

Святому было жаль людей, ибо понимал он, что хоть поведение хищника и было естественным, разум волка был поражён тёмной пылью души. Поэтому он взял своих последователей и вышел из города в пшеничные поля, намереваясь встретиться с волком. Но последователи его из страха вскоре остановились, как и любопытные жители, и Святой Агидиус продолжил свой путь в одиночку о склону холма.

Среди желтого моря колосьев высилась тёмная громада волка. Увидев столь лёгкую добычу, он побежал на святого, широко раскрыв пасть и намереваясь пожрать человека одним укусом; но Святой поднял руку и молвил:

- Постой же, сын лесов и земли, ибо я вижу твою душу, и знаю, что не будешь ты вредить мне.

Удивительно, но стоило только Святому Агидиусу заговорить, как волк остановился. Пасть его закрылась, а глаза цвета закалённой стали будто бы смягчились. Поражённо зашептали люди у городских стен, когда волк обошёл Святого по кругу и лёг перед ним, словно кроткий ягнёнок или верный пёс.

Святой молвил:

- Много дел было сотворено, брат волк. Пожирал ты скот и людей, и будь ты человеком, тебя бы уже привязали к лошадям и пустили их вскачь по всем семи степям. Люди боятся тебя и собаки жаждут загрызь тебя; и ненависть порождает ненависть, и тёмная пыль множится и облаком расходится по миру. Брат волк, желаю я, чтобы ты обрёл мир с собой и с другими, и чтобы люди не озлоблялись, видя тебя, а обретали гармонию в сердце. Будешь ли ты согласен со мной?

Волк лежал перед Святым, и сердце его было обнажено. Всем телом и душой волк соглашался с мудрыми словами. Святой Агидиус же продолжал:

- Согласен ты заключить мир, и потому говорю тебе: не нападут же на тебя никогда в ответ на этих землях. Будут люди кормить тебя каждый день, и никогда ты больше не познаешь голода, ибо когда-то именно он открыл путь в твоё сердце тьме. Но ежели ты согласен, то должен пообещать, что и ты никогда не обнажишь клыков на животных и людей. Обещаешь ли ты?

Волк склонил голову в знак согласия, и Святой Агидиус вновь заговорил:

- Брат волк, дашь ли ты мне залог своей искренности?

Святой протянул свою руку волку, словно тот был человеком, и вскочивший волк поднял свою лапу и положил её в сильную ладонь, давая обет. Так было заключено Соглашение меж человеком и диким зверем.

Повинуясь Святому, волк шёл рядом с ним словно верный пёс, чем изумлял людей. Весть о чуде разнеслась по городу, и высыпали все от мало до велика, чтобы посмотреть на Святого Агидиуса и волка. Перед всеми Святой проповедовал о доброте и открытости, и укорял людей в их страхе. Не было в их сердце гармонии, если пасть одного волка заставила даже мужчин дрожать, и не было между людьми мира и союза, ежели они оставляли других без присмотра.

- Пусть же свет ски’ин проникнет в вас и согреет сердце, - сказал Святой. – И слушай те же, братья и сестры: вот волк перед вами, что обещал никогда не обнажать клыков на животных и людей. Видел я его сердце, очищенное от тёмной пыли, и не было в нём больше лжи. Но будете ли вы обещать кормить его каждый день? Если вы согласны, то от имени волка я обещаю вам, что будет честно соблюдён договор.

И тогда все люди дали своё согласие, и Святой Агидиус обратился к волку:

- Брат волк, обещали люди честно выполнять свою часть договора. Даёшь ли ты своё согласие перед всеми этими добрыми душами никогда не трогать животных и людей?

Волк вложил в ладонь святому свою лапу, со стыдом за свои прошлые деяния прижимая уши к голове, и люди, поражённые этим чудом, восхвалили Святого Агидиуса, чьё сердце – это доброта ски’ин и Истина его.

Волк прожил в Хойр-Гон три года. Он свободно ходил из дома в дом, нигде не встречая препятствий и никому не вредя. И везде люди с радостью встречали его, кормили и гладили, и ни одна собака не облаяла волка. Волк помогал слабым нести корзины и был с роженицами, позволяя им держаться за его густую шерсть в муках жизни. И когда волк умирал от старости, каждый житель пришёл и пытался ласками и добрыми словами утешить и проводить его дух. И когда настал миг смерти, сквозь слёзы увидели люди, что пыль умершего была чиста и бела, и не было в ней ни крупицы тьмы, как и в них самих.

0

18

- Сразу видно религиозную печать – в реальности бы волка прикопали тем же вечером, - прокомментировал Теаон. Тристан лишь плечами пожал, не собираясь отвечать на этот выпад. Конечно, что-то в этой легенде было приукрашено или переврано, но Моро она нравилась своим посылом: всё может измениться в лучшую сторону, какие бы деяния не были совершены.
Ёкка и Арце переглянулись, но ничего не сказали. Похоже, им тоже хотелось высказаться по поводу религиозного характера, но сдерживались: то ли чтобы не обидеть, то ли по каким-то своим причинам. Зато Аани выглядела крайне заинтересованной.
- Милая история, Тристан, - с улыбкой похвалила она. – Это же вроде религия Хекса? Никогда не интересовалась, но выглядит… хорошо. Очень светло. Агидиус считается пророком, да?
Тристан улыбнулся в ответ, обрадованный интересом к ски’ин.
- Не совсем. В моей религии Святой Агидиус обрёл гармонию в сердце и узрел Истину. Ски’ин – это путь к миру и свету, который прошёл Святой. Мы верим, что благодаря своему просвещению он, будучи человеком, после смерти стал Богом, что продолжает направлять и утешать нас и поныне. Из этого следует, что каждый может возвыситься над эмоциями и миром, и во свету…
- И-и-и на этом мы быстренько переводим разговор в другое русло, - вмешался Альдо, лучезарно ухмыльнувшись. – Не обижайся, Моро, но все кто о тебе хоть что-то слышал, знают, как тебя заносит на религиозной почве.
Тристан смущённо вздохнул.
- Прошу прощения, просто мне никогда не надоест говорить на эту тему.
Аани наклонилась и кончиками пальцев похлопала жреца по колену.
- Не переживай, парень, всё мы такие, когда говорим о любимых вещах. Верно, милый? – она шутливо толкнула Мюте в бок и тот мягко улыбнулся жене. Теаон прочистил горло.
- Итак, мы уже услышали сказки, странные истории и даже религиозную проповедь – неудачную, но ты старался, парень, молодец. Остался тот, кто нас всех собрал!
Ёкка изумлённо моргнул и, тут, видимо, до него дошло, что лишь он один не рассказал ни одну историю.
- О, точно, - молодой парень потёр шею. – Ну-у-у, у меня нет ничего такого на тему волков… Но мой отец поклоняется Талиону, поэтому могу рассказать про его волка.
- Ну, у бога охоты определённо много псовых, - прокомментировал Мюте, и Ёкка, обретая уверенность, кивнул.
- Да, но Риоле – один. О нём не часто упоминают, но из-за отца я знал практически всех волков и псов в охотничьей стае Талиона, и Риоле запомнился мне больше всех. О, и я Ёкка Марсель, кстати, если кто забыл!

0

19

Волк-страж, открывающий пути и дороги.


У бога охоты Талиона славная охотничья стая, и не всегда её составляют люди и другие разумные расы. Много в стае и псов, свирепых как волки, и волков, преданных как псы, и чтут охотники их имена: Красный, Тилаана, Клык Ночи, Сарамант, Линка и многие другие. Но есть среди них и волк, разумом который не уступает богам, а магической силой сильнейшим волшебникам, и зовут его Риоле.

О прошлом его мало известно, но деяния в мифах прослеживаются незримой нитью. Некоторые отдельные культы Талиона называют Риоле порой богом-волком, ибо с древнего языка его имя значит «Страж, Открывающий дороги».

Всем известно, что Великая Охота Талиона может проноситься сквозь время, бежать как по небесам, так и по воде, и рано или поздно она настигнет жертву, проливая кровь во славу песни битвы. И Риоле открывает волшебные пути и дороги дня и ночи, воды и воздуха, земли и тени, ибо только он знает заклинания для такого колдовства.

Когда жертва оборачивается птицей и летит через море, Риоле, бегущий в центре стаи, шепчет заклинание, и Охота мчится сквозь облака, не прекращая погоню.

Многим ценен Риоле. Есть одна легенда о том, как боги спрашивали Риоле, кому же он будет служить. Встали перед волком все боги и богини, и Всеока держала ответ:

- Мог бы ты служить мне, Риоле, - сказала богиня Судьбы. – В мгновение ока перемещался бы ты по миру, доставлял вести и вдохновение, держал мир в равновесии своим всеобщим присутствием.

- Нет, сестра, Риоле был бы счастлив со мной, - Миролика обняла волка и улыбнулась, глядя в глаза. – Открывал бы ты, мой милый, пути и дороги для Удачи, и своими силами привносил в этот мир нечто новое и прекрасное.

Аннита же держала молчание: не нужны были ей слуги и подданные, даже такие волшебные, и потому подарила она Риоле ожерелье из ягод рябины, но не сказала ни слова.

Ударил Цельп мечом о землю, и молчаливый бог озвучил своё предложение:

- Волки известны свой силой, серый брат. Облачись в броню и выйди на поле боя, и никакая сила не сможет сразить тебя. Вместе с тобой принесли бы мы мир, и не совершались бы преступления из страха накликать на себя Вездесущего и Быстроногого Риоле.

Наурм же одарил Риоле такими словами:

- Пусть огонь и вредит лесным тварям, он может быть и другом. Если бы разносил ты тепло и свет во имя моё, то никогда бы пламя не навредило тебе и твоим собратьям.

Ария и Аэль рассмеялись смехом, похожим на россыпь жемчуга.

- Коль Бог Огня так предложил, то и мы пойдём по его стопам! Служи нам, ласковый Риоле, и воды станут для тебя и детей твоих мягкой подстилкой, и сможешь ты жить в море, не опасаясь гонений и мечей.

Азересу же, как и Анните, не нужен был подневольный слуга, но был он не против компании. Так он и сказал Риоле, да только и Хоэн хотел бы спутника себе в дальних странствиях и попытках излечить сердце от скорби. Стали было препираться боги, и к Риоле тайком подошёл Офор’Бьянк.

- Брось ты этих скучных богов и их скудные дары! Ступай со мной и будет твоя жизнь наполнена весельем, а стая станет приумножаться день ото дня! С твоими силами будем мы способным оставлять хмель и вино в любые уголки мира, залезать в любые окна и отворять даже те двери, которые неспособны открыть даже боги!

- Отойди от него, Бог-Весельчак, - пророкотала Гаргея и протянула ладонь, на которой бы уместились и два волка. – Служи мне, Риоле, и стань моими глазами. Там, где тёмная магия закрывает мой взор, ты расскажешь о том, что происходит, и вместе мы убережем Долину.

Так высказались все боги, ибо Ранзоэру и Ива уже пали, а Джинваэль ещё не согласилась вступить в лоно Света. Ждали Всесильные ответа от Стража, Открывающего пути, как тут в тенях рассмеялся скрывающийся Талион.

- Предложили вы славные дары и цель на благо мира, - сказал Талион, и речь его была издёвкой. – Словно волчий брат обязан разделять ваши идеалы. Выскажусь же и я, Риоле – видел я твой род и знаю, что они славные охотники. Присоединяйся же ты ко мне в вечной охоте и битве, и не будут лапы твои знать безделья, и не будешь ты презренным посыльным, подобно голубю, выпускаемому из клетки. Не буду я следить за твоими делами, и ты не обязан следовать за мной, но знай же: в убийстве обретается жизнь.

Встал Риоле и сказал о своём решении:

- Славные дары предлагали вы, о Всесильные, да только один лишь Талион просил не о слуге и утешении. Пусть знаю я слова, открывающие дороги, но в естестве своём я волк, и будет так до скончания веков.

Склонили боги головы в знак принятия такого решения, и Риоле протянул Талиону лапу в знак сотрудничества. Бог охоты подарил Риоле бессмертие, и отныне волк-страж славно резвится в своё удовольствие, проводя дни и ночи в погоне и пирах, ибо где остальные видели лишь полезный дар, Талион разглядел сердце зверя.

0

20

- Ого, - Аани потёрла подбородок. – Я никогда не интересовалась зверями Талиона, а тут такая история! Должно быть, очень лестно, когда из-за тебя собираются все боги и соблазняют такими дарами.
- Хотя «презренные посыльные» - это уж слишком грубо, - неодобрительно сказал Тристан. Ёкка лишь руками развёл:
- Уж какая история! Впрочем, [цензура] богов мы наверняка букашки, которые разносят какие-то хрупкие предметы и кусочки пергамента от муравейника к муравейнику.
Присутствующие замолчали, думая каждый о своём. Тристан нехотя согласился с этими словами: что есть курьер, особенно сейчас, когда каждый год происходят какие-то катастрофы? Воины своими подвигами привлекают внимание, о искусных целителях молва разносится на полмира, а про правителей и говорить нечего. В таком ракурсе посыльный и правда ничто – так, очередной безымянный человек, имя которого никто и не хочет узнать.
- Как-то мы на печальной ноте закончили, - Альдо картинно потянулся. – Взбодритесь, ребят! Иначе вам не приснится Бог-Паук, танцующий лезгинку в окружении обнажённых тёмных эльфиек со скальпами в руках.
- Фу, парень! – возмутилась Аани, толкая ухмыляющегося Альдо в грудь. Остальные тоже поморщились: даже сюрреалистичная картина не отменяла того факта, что никто не хотел видеть Бога-Паука и тем более скальпы. Ну уж нет, спасибо большое, заберите себе!
- Ну, думаю, уже можно разбредаться по кроватям, - Арце встал и коротко поклонился. – Спокойной ночи, друзья.
- Мы тоже пойдём, - Мюте поднял руку жены и прижался к ней в поцелуе. – Добрых снов.
- Увидимся утром, может быть. Приятно было познакомиться! – Аани одарила всех улыбкой.
Так и закончился вечер историй. Тристан, приготовившись ко сну, лёг под одеяло и затих, лениво размышляя об услышанном. Сказки и легенды, простые и таинственные истории – всё же было в этой простой игре с разговорами что-то особенное. Конечно, ничего изысканного – всё же курьеры не Огненные Птицы – но дающее пищу для размышлений. И, конечно, теперь можно развлечь детишек, которые просят в деревнях рассказать что-то новое.
Да, всё же это было не зря.

Уже в полусне Тристан видел, как по снегу под светом луны идут псы и волки. Были там и великаны с густой шерстью, а во взгляде была твёрдость камня; и серые, чёрные, белые спины волков всевозможных размеров, и малые щенки, веселящиеся и путающиеся под чужими лапами. Бежали звери, оборачивающиеся то людьми, то чёрными волками. Шли псы: молодой и воинственный вёл речь со старой хромой собакой, но падающий снег заглушал звуки и нельзя было понять, о чём же они говорят. А впереди, по грудь в снегу, бежал волк, и глаза его сияли магическим светом. Нельзя было понять, куда они держат путь, а Тристан мог лишь стоять на месте и провожать их взглядом: странную, жуткую, весёлую, привычную волчью стаю.

Они шли вдаль, куда-то, куда не дотягивался взгляд человека;
в чужой мир, оставляя после себя
лишь припорошенные снегом памяти
следы.

0


Вы здесь » Gates of FATE: Tears of Gargea » » Завершённое настоящее » Остывшие следы